carissimo

Первые два посещения Театра на юго-западе оставляли ощущение недосказанности, ощущение большого потенциала, бесспорного таланта артистов, но все не хватало чего-то, как будто изъята одна из нот. «Калигула» расставил все по своим местам.
Это спектакль, в котором на один кубический см пространства приходится невероятная плотность мысли, идей философских, психологических, о жизни, о смерти, о любви, о природе тирании и природе власти, о человеке, о времени, о вечности и Боге. Экзистенциалистский спектакль, где всё на грани, все между жизнью и смертью. Что может быть между жизнью и смертью?
Тираны находят зазор между жизнью и смертью и живут там в разряженном пространстве, без воздуха, без любви.
Неспособные к любви, навсегда утратившие ее, они вызывают любовь и питаются жизнями любящих их. Они вызывают жалость и страх. Да, на первом месте жалость, а потом страх. Олег Леушин, белокурый красавец, голубоглазый античный бог, показывает эту грань, этот просвет между мирами. Он в толпе придворных – и он один, один во вселенной. Этот первый посыл экзистенциализма никак не уравновесить рассуждениями о политике, о народе и власти, о природе власти и т.п. И власть, и смерть, и любовь, и борьба – все отступает перед холодным дыханием вечности. Непознаваемость экзистенции, тайна жизни, смысл жизни в самой жизни – все это важнее дворцовых интриг. Калигула замкнут на внезапно открывшихся переживаниях, он экспериментирует с жизнью, он ищет ее рамки, он хочет узнать, где заканчиваются ее границы – и не находит их. Жизнь раздвигается перед ним, отступает, манит новым и неизведанным экспериментом. Олег Леушин играет Калигулу, перед которым распахнулась бездна. Стоя на краю ее, он не пытается удержаться за соблазны и удовольствия, за истинные и мнимые ценности, он делает шаг над бездной – и оказывается на вдруг возникающем под ногами зыбком мосту. Его познание дальше человеческого, его муки больше человеческих, его мысли выше обыденных. Не потому ли он привлекает поэта Сципиона? Поэту невозможно сделать шаг над бездной, он остается наблюдателем и певцом безумцев.
Был один момент в конце первого действия – диалог между Калигулой и Сципионом, в подсвеченном неровным светом факелов мрачном переходе среди колонн. Этот момент один из тех, когда забываешь о театре и будто переносишься во времени, видишь въяве разговор сумрачного безумца, играющего людьми, и наивного мечтателя-поэта.
Помимо ярких актерских работ еще одно достоинство спектакля – его ансамблевость, когда партнера чувствуют не кожей, но сливаются в один организм с одним вздохом, одним выдохом, одним замершим дыханием.

P.S. В словах Калигулы о луне, в его жажде недостижимого чудился образ тетрарха иудейского, завороженного и одержимого сверкающей луной («Саломея» Р.Виктюка и Д.Жойдик, фактурно схожий с А.Леушиным). Интертекстуальные связи спектакля – особая тема и утонченное удовольствие для гурманов :)

«Фауст» - один из любимых таганских спектаклей. Я смотрела его бессчетное количество раз, спускаясь в зал после работы. Но когда меня спросили, о чем «Фауст» Ю.П.Любимова, какова режиссерская мысль, я не знала, что ответить. Позавчера еще раз посмотрела «Фауста», и снова он захватил и не отпускал до конца действия. Можно ли ответить, о чем он?
Что касается содержательной стороны, там нет другого смысла, кроме гетевского. Нет подтекста, кроме в очередной раз доказанной аксиомы о вневременности классических произведений – все та же привлекательность зла для пытливого ума, все тот же постоянный, каждодневный выбор между двумя полюсами, все те же страдания, ложь и предательство и в любви, и в политике (некоторые фразы великого немца написаны будто сегодня и будто в России). И люди всё те же, и живут они так же… Проблематика и коллизии «Фауста» нам известны. И суть спектакля не в этом, таганский «Фауст» не иллюстрирует поэму Гете, не интерпретирует ее, из всей огромнейшей поэмы Любимов взял всего несколько сцен.  Главное в спектакле наследника великих экспериментаторов – форма. Она самодостаточна. В ней – все. Она - как абстрактная живопись. Как картины В.Кандинского, где «свободная игра линий, красок, форм, цветовых пятен». Как супрематизм К.Малевича со строгой графикой границ, внутри которых пятое измерение, выход из бытия. «Фауст» Ю.Любимова – динамичное полотно с движущимися линиями, россыпью цветовых пятен, с чистого цвета геометрическими фигурами. Их взаимодействие не поддается расшифровке, полет абстракций невозможно низвести на вербальный уровень. О чем «Желто-красно-голубое» или «Импровизация» Василия Кандинского? В первой я вижу «Скрипку и немножко нервно». Вы увидите другое, энергия линий и цвета соткется для вас в новый образ.
Юрий Петрович Любимов – визуал. Говорят, часто он не может объяснить актерам, как нужно играть и почему именно так. Он художник, он видит так, а не иначе. Визуальный ряд вскроет содержание и пробудит эмоции.
Во что бы ни был одет Тимур Бадалбейли (Мефистофель), я вижу его черно-красным, Гретхен – голубой цвет, ее брат (несмотря на камуфляж) – стальной, Сергей Трифонов (какой-то знатный чертяка без имени) – темно-темно-синий, Марта (Т.И.Сидоренко) – малиновый; пусть бесы в элегантных фраках и белоснежных рубашках, но для меня их цвет – однозначно черный, не космический бездонный, а плоский едва окрашенный, без глубины и перспективы.
Сегодня иду на «Доброго человека из Сезуана». Это графика. Резкий черный уголь на бумаге, иногда плавные линии и непрорисованные фигуры, обрыв линий и начало нового абриса.
«Суф(ф)ле» - настоящий сюр, перевернутые предметы, анфилада отражений, ломаная перспектива, близкое и далекое рядом и под и надо мной – от этой картины кружится голова. Буквально :)) Особенно, когда Полина Нечитайло, идет по карнизу.
«Театральный роман» - кубизм, ранний Пикассо.
«Евгений Онегин» - наивное искусство, Пиросмани. Или японская каллиграфия. Такие вот далекие друг от друга ассоциации.
Таганка – это авангард. Другие театры – иные творческие методы.
Театр Р.Виктюка. «Саломея» - импрессионизм, конечно же, только импрессионизм. «Служанки» - ближе к экспрессионизму.
Малый театр – только академизм и классицизм, изящнейший Карл Брюллов.
МХАТ Т.Дорониной – передвижники :)
«Современник» - однозначно кич, «Налетай, торопись, покупай живопись» :)
Театр – искусство синтетическое, в том числе визуальное. Дорогие друзья-театралы, будет интересно, если вы поделитесь своими театрально-живописными ассоциациями.

Правду говорят, что после Таганки ни один театр не придется по душе. Хваленый, раскрученый С.Женовач с его "Мальчиками" - мимо. Хорошие актерские работы, отличные профессиональные навыки, "четвертая стена" в два кирпича (Станиславскому бы понравилось), прекрасная тренированная память... Что еще?.. Пара цитат из "Доброго человека из Сезуана" Ю.П.Любимова. Добротное здание. Вот и весь театр. Взяли с полки томик Достоевского, прочли несколько глав и поставили на место, забыв, что текст оживает в момент интерпретации, при соприкосновении мысли автора с мыслью читателя, режиссера, композитора... Художественное чтение - все-таки немного другой жанр. Сразу захотелось бежать на Таганку, припасть к настоящему искусству, считывать режиссерскую мысль, наслаждаться актерской работой такого  высочайшего уровня, когда каждый жест, каждый звук наполнен смыслом. Алеша Карамазов в "Мальчиках"  Женовача был хорош, и когда он стоял спиной к залу, мне даже казалось, вот повернется он - и я увижу настоящего Алешу, рядом с которым спасаются страдающие герои Достоевского, светлоликого Дмитрия Муляра.  (Для тех кто не помнит его, позволю себе напомнить, что это тот самый артист, что сыграл Юрия Гагарина у Алексея Учителя, с истинно гагаринской лучащейся и слегка смущенной улыбкой. Потом у него были другие роли в кино, одна из которых  какой-то мент (что еще может предложить современный кинематограф талантливому, тонкому, умному артисту?).  В один вечер, переключая каналы, на этот самый ментовский сериал наткнулся Юрий Петрович :))) И все следующее утро до репетиции я выслушивала его едкие рассуждения, что, конечно, роль мента - это глубина, это психологизм, куда там Достоевскому с его Алешей Карамазовым! Он и сам смеялся, и на мои возражения, что проходная роль в кино никак не влияет на театральные работы Д.Муляра, говорил, что артисты - народ хитрый, и меня могут обвести вокруг пальца, но его, бывшего артиста, ни за что. Люблю Юрия Петровича, когда он в таком расположении духа - лукавом, шутливом, ироничном!) Все работы в "Карамазовых" прекрасны - инфернальный Иван Карамазов (Сергей Трифонов), черт-Смердяков (Влад Маленко), роковая красавица Грушенька (Анастасия Колпикова), добродетельная, но не без червоточинки, Катерина Ивановна (Анна Агапова), всех не перечислишь - но все артисты такого дарования, при котором даже краткое их пребывание на сцене, каждый жест, каждая реплика делают для создания образа больше, чем многочасовые монологи.
После "Мальчков" захотелось бежать на Таганку, смотреть "Братьев Карамазовых" и классику - "Доброго человека из Сезуана"!
Сегодня "Женитьба" Н.В.Гоголя на Юго-Западе - опять мимо. Режиссер пытался решить спектакль в стиле народного театра, балагана, но скатился до "Камеди-клаба" ((((  Увижу ли я настоящий гоголевский спектакль??? Где-нибудь? Когда-нибудь? "Женитьба" в "Маяковке" - жуткая пошлятина. А.Лазарев с гимнастической лентой в руке - намек на аллогизм и абсуд в творчестве Гоголя? Убожество, а не спектакль. Артисты не понимают, что играют. Е.Симонова (Агафья Тихоновна) в одном из интервью рассказывала, как "забавляется" на спектаклях, в одном скажет по тексту "И 27 лет в девках не провела", в другой раз "37 лет", "29" и т.п. Люди не понимают, насколько значима и символична у Гоголя каждая (!) деталь. Практически то же самое произошло и на Юго-Западе. Подколесин был превращен в какого-то олигофрена. Агафья Тихоновна - тряпичная баба на чайник и т.п. "Женитьба" - потрясающая пьеса о неотвратимости выбора, об экзистенциальном состоянии перехода, о детерминированности выбора или о том, как вездесущий черт вмешивается в дела людские, запутывает, наводит туман, подчиняет своей воле. Гоголь знал того, о ком писал. В этом вся жуть такой казалось бы прозаичной "Женитьбы". И Арцибашев, и Белякович увидели верхний пласт пьесы - бытовую сумятицу. Или испугались идти альше. Или решили, что публика жаждет пошлых шуток, а не откровений об устройстве жизни.
Справедливости ради надо отметить одну (всего лишь) актерскую работу - Кочкарев Алексея Матошина. Своей гибкой пластикой, своей обворожительностью он напомнил мне "мелкого беса" Хлестакова (думала, что он и играет Хлестакова в "Ревизоре", оказалось, нет). Этот Кочкарев был игривым лукавым, моментами страшным в своей напористости. И в конце раздавленным (насколько это возможно для такой сущности) бегством Подколесина. Хороший артист (запримеченный еще в роли Мекки-ножа), хорошая работа.
После спектакля мне повезло - сдала билеты на "Самоубийцу", купленные до начала. Comedy style этого театра мне знаком. Следующий поход - на "Калигулу". Надеюсь, повезет больше.

И я никогда не буду пить тот кофе, который сварил Фурсенко! 

Стонет волна штормовая,
В дальние дали маня,
Так не ревнуй, дорогая,
К черному кофе меня.

Как ни трудна эта доля.
Мне не прожить без нее.
Самое вкусное в мире
Черное кофе мое!

© ФУРСЕНКО Андрей Александрович, 2009

Стихи на злобу дня от supehero
Блин, ну чего им неймется! Школьную и вузовскую системы образования развалили, а теперь и до "высокого штиля" добрались (((((((((((( Скажите мне, почему Интернет надо писать с большой буквы, а телевидение, радиоэфир, телефонная связь - с маленькой??? "Брачащиеся" и в страшном сне не приснятся!
Почему в списке "разрешенных" словарей нет Розенталя?? Нет Ожегова???!
Блин, ну так обидно, так грустно и горько за издевательства над языком! Конечно, понятно, что язык - живая субстанция, меняющаяся... Но не так же, силой?! Где, в какой глуши говорят "йогУрт"? Может, там, где нет ТВ и радио (ведь не до такой степени безграмотны современные дикторы и журналисты).  Ах, где адмирал Шишков нашего времени со своей "Беседой любителей русского слова"?..
 Выбивают последнюю поддержку и опору.  
"Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины,- ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя - как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!" И.С.Тургенев